Я ненавидел работу на грузовом подъемнике, но оказалось, быть крестьянином еще хуже.

До сих пор помню, как все закончилось. Пелена заразила воду, что текла по верхним каналам. Мы таскали туда-сюда мешки с песком и возводили хлипкие баррикады, чтобы не дать оскверненной воде пойти ниже по течению. Еле справлялись с ужасной вонью…

А потом раз – и уже ни подъемника, ни работы. Только зуд в глотке. Жить на ферме одиноко, хоть вой. Компанию мне составляют лишь птицы да вечный кашель. Точнее, так было до вчерашнего дня.

Во время пахоты я заметил что-то средь деревьев. Там было нечто настолько скрюченное, что только за чудище и примешь. Потом бах: гром, молнии! Птицы заклекотали! Я отвлекся на шум, а когда взгляд вновь пал на странное создание, оно оказалось уже ближе ко мне.

То была древняя сгорбленная карга. Она прокаркала: «Мальчик, кашель твой никуда не годится, но радуйся, ведь я травница. Загляни в мою избушку – найдем тебе снадобья, которые помогут».
И тут как по команде целая стая птиц сорвалась с земли и захлопала крыльями. Пришлось закрыть лицо, чтобы мне глаза не выцарапали! Спустя мгновение рядом не оказалось ни птиц, ни карги.

Схожу к ней завтра. Терять-то все равно нечего.

— Дж.