Еды, считай, нет: подавать совсем нечего. Остались лишь кости, объедки да очень жидкий суп. В деревне царит паника, торговые пути перерезаны. На горизонте война. Сколько еще мы протянем?

Прибыла усталая и голодная путница. Велела мне не убирать кости из рагу. Ее глаза были полны гнева и решительности, как у отчаявшегося волка.

Мяса у нас, конечно, нет: дичь не попадалась уже несколько недель. Я предложила чужачке комнату для ночлега — или хотя бы погреться у очага, — но она только буркнула что-то в ответ и отправилась на север, в леса. Дикари вроде нее предпочитают спать на холодной земле. Что ж, там ей самое место.

Меня разбудил запах свежей крови.
Я выглянула из окна спальни: оказалось, какой-то хищник приволок из северных угодий двух диковинных оленей и разорвал их на части прямо посреди площади. Для него это наверняка было легко, а для добычи – мучительно.

Сначала я даже вскрикнула от удивления... но потом пришло осознание. Два оленя. Восемь порций ребрышек. Десять или даже двенадцать колбасок. Пудинг из крови на десерт. И целая бочка рагу! Еды на целую деревню. Хвала Древним!