Лорэйн, горы послужат тебе могилой.

Обелиски того не стоят: какие бы тайны они ни хранили, это путь во тьму... холодную, безжизненную тьму, Лорэйн. В горных лощинах полно солдат, что не пустят погреть руки у костров. И люди – еще не самое страшное. Больше всего меня пугает крылатая тварь. Разве ты не читала изыскания наших коллег? Не слышала легенды? Ты не успеешь замерзнуть в снегах, ведь это чудище разорвет тебя раньше!

Откуда тебе знать, что обелиски укажут путь к королевству Древних? Прошу, не уходи. Лучше отринь эти глупости и попей со мной ромашкового чая... на берегу, как в былые деньки.

Лорэйн, сама понимаешь, это самоубийство.
Твоя навсегда, Нала.

Я наконец поняла, почему письмена на обелисках было так сложно расшифровать.
Язык Древних изменился. Они разделились на две группы с разными целями, в связи с чем возникли диалекты – молодой и старый.

Молодые жаждут помочь нам, мечтают спасти человечество от Пелены. Им хочется поделиться с нами Пламенем, чтобы мы пережили грядущий катаклизм... тот, что сами Древние и пробудили. Старые же предпочли сохранить чистоту Пламени и дальше существовать в уединении, равнодушно взирая на окружающий мир. Сила Пламени должна остаться у них и только у них. Они запрут врата своего королевства и «вознесутся».

Я зашла слишком далеко. Ни Пелена, ни жара, ни мороз не остановили меня. Осталось лишь найти подтверждение моим теориям. Если я смогу прочесть их символы, пройти их тропой... Если я освою их язык и смогу задать вопросы... они же мне ответят?

— Лорэйн Крим, увядье, 508 год эпохи Зари